Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:18 

Сюрприз.

Перелет был очень сложный,
Вечно где-то приземлялись,
То погода блин плохая,
То приборы поломались.

Из Японии далекой.
Возвращался Пауль злющий,
Он остался там без денег,
Спер их мерзкий бомж вонючий.

И о родине мечтая,
Поль пытался покемарить.
Но, друзья его, не спали,
Они вместе все бухали, и давай ему звонить.

То позвонит ему Флака,
И пытаясь успокоить,
Что-то громко проикает,
И забудет, что звонил.

То позвонит ему Рихард.
И давай ему втирать,
Что давай быстрей ты ехай,
Мы тебе сюрприз готовим!

А от Тилля Пауль как-то эсэмэску получил.
Видно Тилль набрался сильно,
Потому что не читалось,
То, что Тилль ему прислал!

Куча всяких закорючек,
Точек галочек, тире.
Видно было, что им клева.
Поль подумал:"Эх, не мне..."

А ребята в это время,
Все собралися у Поля.
Думая, что он приехав,
Будет рад увидеть их.

Кто-то кинул клич серьезный.
А не сбегать ли по бабам!
Вон там,рядом через дорогу,
Неплохой бордельчик был.

Все собрались кроме Риши.
По борделям не ходил он.
За здоровье он боялся.
И остался он один.

Выпив, все что оставалось,
Затянувшись сигаретой,
И улегшись на диване,
Рихард крепко захрапел.

Сигаретка вдруг упала.
Четко прямо на коверчик.
Тот возьми и загорися.
Рихард очень крепко спал!

Увидавши из борделя
Что стоит дым коромыслом)))
Все немного удивились,
Это чей-то там горит?

Пригляделись, блин да это,
это же квартира Поля!!!!!!!
Вот он рад сегодня будет,
Погодите, а где Рих?


В это время Рих проснулся,
Ему снился страшный сон.
Будто он на сцене голый
Квасил с Тиллем самогон.

Ему было очень жарко.
Все горело как в огне.
И открыв глаза тихонько,
Не поверил он себе

Все вкруг него горело.
Был он в комнате один.
Было страшно, жарко, больно,
И дышать не Было сил.

Надо срочно убираться.
А-то стану шашлыком.
И в окно шагнул он смело,
Благо жил Поль на втором.

Угодив в кусты сирени.
Ободрав себе бока.
Он увидел что приехал,
Друг его из далека.

Рядом с ним стоят ребята.
Говорят все не впопад:
Типа Рих сгорел там на хрен,
Не пошел он с ними. Гад!

Рихард вылез из сирени.
И сказал:- что он живой,
И что он нечайно, вопщем
Сделал Пауля бомжей.

Рихард долго извинялся,
Все грозился возместить.
А пока, он звал беднягу,
К себе на хату погостить.

Поль измученный дорогой.
Согласился, так и быть:
"Поживу у тя не много,
Но не могу тебя простить"

Рише было очень стыдно,
Вот устроил он сюрприз.
Обещал он смело Полю,
Исполнять любой каприз.

Прибыв к Рихарду в квартиру,
Поль пошел купаться в душ,
Рихард сделал ему виски,
И наляпал кучу сушь.

Пока Поль съедал съестное,
Рих в прощенье умолял.
Тока тот не поддавался,
Куда подальше посылал.

"Ришь отстань, я просто в гневе,
Ты испортил мне всю жизнь!
Сейчас, посплю пойду, немного,
А потом все объяснишь."

Рих так просто не сдавался.
Иль сейчас, иль никогда!
И глотнув пивка побольше,
Он встает из-за стола.

Поль уютно разместился
На диване у окна,
И забыв, что с ним случилось
Спал он, сладко так сопя.

Рихард сел на край дивана,
Думая с чего начать.
Тока мысли блин полезли:
"Не такие! чтоб их мать!"

Почему-то захотелось
Пауля к себе прижать.
Мочку уха, что с сережкой
Нежно так, поцеловать

Расстегнуть ему рубашку,
Руку положить на грудь.
И губами с языком
Ему сосочек оттянуть.

Рихард бедный, аж вспотел весь:
"Это что за хренота?"
Только сил уйти от Поля
Не нашел он ни фига.

Все о чем ему мечталось
Он проделал в тот же миг.
Только за ремень он взялся…..
Как услышал грозный крик.

"Ты совсем уже свихнулся!
Ум пропил уже в конец!
Без жилья меня оставил!
И трахнуть хочешь? - Молодец!"

Рихард мило улыбнулся,
Поля притянул к себе,
В губы нежно ему впился,
И забыл, ваще он где))).

Только чувство наслаждения
Накатило на него)))
Как почувствовал, что больно,
Стало сзади у него.

Пауль сильными толчками
Все глубже, глубже стал входить.
Рих хотел освободиться,
Но дискомфорт стал проходить.

И почувствовал он негу
Ни сравнимую не с чем.
Коготками в Поля впился,
Поль взял в руку его член.

Два известных гитариста,
На диване у окна.
Долго гладили друг друга,
Целовались без конца.

Поль простил своего друга,
Что спалил ему жилье.
Хата это просто деньги.
А любовь! Вот это все!

Если хочешь Цвен мой милый,
Пауль тихо предложил.
Можешь сжечь мою машину,
Я за все тебя простил!

Конец.

22:21 

Люблю кого-то из Rammstein.

Хоть кажется, что шарик очень тесный,
Я до тебя не докричусь издалека.
Пройдут года, мы постареем вместе,
Но разница меж нами велика.

Мне очень плохо, ведь звезду я полюбила,
Сковало чувство душу, как наркоз.
А как же заповедь "Не сотвори кумира?"
И жизнь поэтому несется под откос.

Все замужем уже, мои подруги,
А я сижу и ковыряюсь в мужиках.
Уходят все. Любовники, супруги,
А у меня твой постер лишь в руках.

Таких, как я на свете очень много,
О нашем горе не расскажешь никому.
В чужих глазах мы выглядим убого,
Поэтому, все знать им ни к чему.

Услышав первые аккорды "Mutter",
Я выронила сердце из груди.
И смыслом жизни мне стал лишь компьютер,
А все реальное осталось позади.

Живу одной лишь мыслью о концертах,
О синглах ваших, клипах, интервью.
От мужа принимаю деньги я в конвертах,
А вас, как сумасшедшая, люблю.

Года летят так быстро, словно кони,
А я сижу и все летаю в облаках:
"Что, может, буду греть твои ладони
В своих от старости натруженных руках"

22:22 

Раммштайн и Волга.

В корабле большом, огромном
По реке широкой Волге
Плыли славные Раммштайны,
Как один, все были пьяны.

А навстречу им в пироге
Плыли пьяные фанаты
Всех размеров и расцветок
С Русским и Германским флагом.

Увидав сию картину,
Наши славные Раммштайны
Всех фанатов разместили
На своем огромном судне

Рихард уронил со страху
Себе на ногу бинокль.
Испугался он фанатку,
Что приехала в пироге.

Она зыркала игриво,
Ему глазками моргая,
А её бой-френд могучий...
Был он этим не доволен.

В корабле большом, огромном
Плывут злющие фанаты,
А в реке широкой Волге
Тонут славные Раммштайны...
Поделиться…

22:23 

Тилль и Штиль.

Красавец из Раммштайна по имени Ришаня,
Умом изрядный и телом без изъяна,
В Нью-Йорке дни влача, не мыслил себе жизни без кальяна.
То встанет и походит,
То к зеркалу так невзначай подходит.
Курить кальян он хочет лишь с гашишем,
Поэтому и телефон не слышит.
Звонит ему достопочтенный Тилль,
Хотел похвастаться, что группа из России его зовет исполнить песню «Штиль».
У Рихарда свои повсюду заморочки,
И обкурившись в хлам, разглядывает он на стене кружочки.
Решив без Рихи, выступить в России,
У всех ребят от страха ноги подкосились.
Ведь вредина большая из Раммштайн,
Устроить может сильный нагоняй.
Без Рихарда нельзя на сцене находиться,
Поэтому вся группа так боится.
А «Ария» в Москве готовили программу,
Для огненного шоу, своей аппаратурой их выручили Раммы.
И чтобы выступить с друзьями вместе,
По-русски, нужно выучить весь текст той песни.
С трудом согрупника они оповестили,
Все выучили. Но. В Москву тогда их так и не пустили.
И с пьяных глаз, в хард-рок кафе в Берлине,
Шедевр записали и выложили в сеть.
Его там можно встретить и поныне.
Но слушать эту песню без улыбки не удастся.
У вокалиста больно уж акцент хохляцкий.

22:25 

Тур в Бобруйск.

В поезде.

1
Шесть немецких хулиганов
Тур решили провести,
Посмотреть на россиян
И нажраться от души.

Накупили огнеметов,
Пиротехники мешок.
Пусть увидит идиотов
Русский глупенький народ!

С самолета в поезд сели
И отправились в Бобруйск.
"Райзе, райзе" вместе спели.
Флака выдал ,что нажруйсь!

И пошел он к проводнице,
Чтоб затарится пивком.
Увидал он ту девицу-
Заразился столбняком!

Полки яростно скрипели,
Проводницы слышен стон.
Где-то пять придурков пели,
Нарушая чей-то сон.

Без бокала нет вокала.
Где же Флака-мудозвон?!
"Пацана мы потеряли!
Дуй-ка,Шнайдер,за гонцом!"

Долго Шнайдер собирался-
Все не мог найти штанов.
Просто, Полик постебался,
Сунул их себе в мешок.

Попросив штаны у Рихи,
двинулся он смело в путь.
Слышит: раздаются крики.
Значит,Флака где-то тут!!!

"Ахтунг!Ахтунг!Помогите!"
Шнайдер понял,что беда.
стукнул дверь ногою мощной-
дверь открылась без труда.

И увидел он картину:
Висит Флака меж грудей,
дама чешет ему спину!
Шнай зовет своих друзей.

Но друзья не отзывались,
Похеру им было всё.
Меж грудей,что отвисали
Было Флакино лицо.

Одержимый диким страхом
Шнай к мутанту подошёл,
Схватил за руку он Флаку,
Только Флака не пошёл...

Тут мутант за Шная взялся,
К телу мощному прижав.
Флака меж грудей болтался,
Шнай стоял,штанишки сняв.

2
Пива так и недождавшись,
Тилль решил перекусить.
От друзей своих смотался
Ресторанчик навестить.

Очень долго добирался,
по вагонам проходил.
С кем-то сильно поругался
И кого-то замочил.

В ресторане пива нету...
Только русский самогон,
Из закуски есть картошка
И заветренный батон.

Тилль вздохнул,себя жалея,
Усадил себя за стол,
Заказал себе,что было.
"ОфисьЯнт" не подошел.

Постепенно свирепея,
Он встает из-за стола,
Гаркнув: "Швуляяяя!Где ты ходишь???"
Кинул стул он в продавца.

Выпуская свою ярость,
Начал он громить вагон.
Расхерачил все до кухни,
Где хранился самогон...

3
Трое, что в купе сидели,
Уж друзей устали ждать
И давно на них забили:
"Где их носит ёб их мать!"

Олик,взрослый хоть ребенок,
На дорожку не сходил.
И,с друзьями попрощавшись,
Он санузел навестил.

Но не знал тот подлый немец
Русских фирменных замков.
Он закрылся в туалете
До скончания веков...

4
Ну,а паре,что осталась?
Захотелось закурить.
Рихард сунулся в карманы-
"Нет штанов! её ептить!"

Риша вспомнил про заначку
И полез ее искать.
Но,как только он нагнулся,
Поль не смог себя сдержать...

Шаловливые ручонки
Потянулися к трусам.
Рихард ойкнул,как девчонка:
"Поль,ты чё?Ведь я пацан"

Поль ни сколько не смутился
Развернул его к себе
На колени опустился
Облизал его везде

Ничего не понимая,
Опустившись на кровать,
Нежно Поля обнимая,
Рихард стал трусы снимать.

Страстью огненной сгорая,
Двое трахались в ночи.
Рихард млел от счастья лежа,
Пауль член ему дрочил

Стук колес, влюбленных стоны...
Пауль тихо вдруг спросил:
"Ты готов мой милый кончить?
У меня уж нету сил!"

Но а Рихарда пропёрло:
"Я хочу еще, еще!
Боже Пауль как мне клево!
Ты б вошел в меня (Пауль) ЛЕГКО!"

И поставив Ришу раком,
Смазав кремом свой конец,
Долго пер его так сладко,
Что не выдержал малец.

Застонал тут Риша громко:
"Я люблю тебя, мой друг !"
Пауль хитро улыбнулся:
"Нефигась провел досуг!!!!"

5
Все собрались потихоньку,
Ну поездка, удалась....
Все молчат, а где же Олька?
Видно где-то нажралась!

Остановку объявили,
Скоро будет их Бобруйск!
Плачет Олик в туалете:
"Я в Берлин ваще вернусь?"

Сам концерт.

Продолжение поездки.

Поезд приехал уже на перрон,
Рамы все вышли, покинув вагон.
"Где же наш Оливер ?"-Флака спросил.
"Тут яяяя!!!"-несчастный заголосил.

Все повернулись.И вот ведь беда:
Олик застрял между окна!
Вылезти тщетно басист наш пытался:
Оконный проем очень мал оказался.

Тянут-потянут ребята его:
"Ну нафига же ты лезешь в окно?"
Оливер матом им отвечает,
Грозные взгляды на Флаку кидает:

"Где ты шатался,ебит твою мать!
Я бы напился и лёг отдыхать!
И не услышал б подколы вот эти,
И не сидел бы всю ночь в туалете!"

"Ладно,собрались,- сказал грозно Тилль-
Где тут такси?"- он прохожих спросил-
"Их вин ды дихь!"- сказал он таксисту,
Тот укатил громко шинами свистнув.

"Ну блин попали, куда нам теперь?"-
В белой копейке открылася дверь:
"Лезте сюды!Я вас быстро домчу
И по Бобруйску вас прокачу."

Шесть мужиков,а мест тока три-
На переднем сиденье валялись кули.
Флаку решили засунуть в багажник,
Тока сначала отняли бумажник.

Оливер смело на крышу забрался,
Наш экстремальщик герой оказался.
Забыл он,что в Раше крутые дороги,
Мирно уселся,вытянув ноги.

Все остальные залезли в машину.
Первым сел Тилль, Шнайдер сел в середину.
Двум остальным осталось местечко,
Рихард на Поля, Забилось сердечко...

"Город Бобруйск, город отличный:
"Напьетесь ребята вы все здесь прилично!
Девки гуляют в юбках коротких,
Ноги красивые в черных колготках!"

В номер ввалившись,ребята решали,
кого гнать за водкой,решили,что Шная.
Тиль с огнемётом своим разбирался,
Рихард пел "Зонне" и в душе купался.

Оливер Флаку мутузил газетой,
Мстя ему,гаду,за ночку в клозете.
Пауль улегся и ждет Шная с водкой,
И представляет Риху в колготках.

Сцену решили идти смотреть позже,
Выпив по литру на рыло, и больше...
После гулянки ребята поспали,
К вечеру ближе они уже встали.

Выйдя на улицу дружной гурьбой,
Отправились Раммы в клуб городской.
Взобравшись на сцену,Тилль зарычал
И прям рядом с ним дохлый голубь упал.

В недоумении смотрел он на пташку,
Шнайдер испачкал ботинки в какашках.
Долго и дружно клуб матюкали,
Рихард и Пауль гитары искали.

Из инструментов была балалайка
Бубен,гармошка и чья-то фуфайка,
Также нашли они скрипку и арфу,
Нету гитар - и пошли они нахрен!

Круто звучал "Оне Дихь" под гармошку.
Пауль на скрипке пиликал немножко.
Рихард на арфе играть научился,
У Шнайдера бубен в руках задымился.

Басист балалайку терзал очень жестко.
Фуфайка на Тилле как топ,из-за роста.
Флака с гармошкой смотрелся пикантно.
Вобщем,сыграли ребята-отпадно.

Куча огня и взрывы петард,
Крики фанатов, ну всё как всегда.
Тилль был доволен собой и "Раммштайном",
Даже на бис он спел песенку "Ангел".

После концерта была вечеринка.
Флака похож был на пьяную свинку,
Тилька,сграбастав грудастую тётку,
С ней удалился,с собою взяв плётку...

Олик и Шнайдер упёрлись купаться,
Друг друга топить и над Флакой стебаться.
Пауль нажрался,что ел пенопласт,
Рихард накрасился,как пидераст.

Утро настало совсем незаметно,
Много в ту ночь было клёвых моментов,
Но всё проходит,пора собираться.
Вот и Бобруйск за окошком остался.

Едет "Раммштайн",колесит по России.
Даже в столицу их вдруг пригласили.
Скоро приедет шестёрка сюда.
Им будут рады? Я думаю ДА!!!!

КОНЕЦ.

07:26 

Гитаристы.

Ох, вы, на сайте кто сидите,
В Фикбуке проводя все дни.
Прочтя сей стих, вы не судите,
Сего безумства брызготни.
Хочу поведать вам тихонько,
Что в голову мою пришло.
Я пью вишневую настойку,
Язык стал точно помело.
Я напишу о дикой страсти,
Которая с ума сведет.
Вы приготовьте чай и сласти,
Вас автор в сказку отведет.

-***-

Все рокеры на еблю слабы,
Я точно знаю. Я не вру.
Не возбуждают больше бабы,
Не встал у Круспе на пизду.

И после душа, весь намытый,
Разврат, мечтая совершить.
Напяля китель свой расшитый,
Решил он Поля завалить.

Все рассуждая по дороге,
Как друга в койку уложить.
Купил подарков недотроге,
«Ведь нужно сучку ублажить».

А Ландерс в праздности тоскуя,
Листал ДеСада и мечтал:
В кровате со стоячем хуем,
Как Круспе он бы отъебал.

Звонок прервал души томленье,
Поперся дверь он открывать.
Увидев Рихарда за дверью,
От счастья перестал дышать.

И отступая вглубь квартиры,
Смотря вошедшему в глаза.
Принял от Круспе сувениры,
Там был коньяк и колбаса.

- Иди мой друг, садись на кресло,
Тебя я с радостью приму.
Хочу погладить твои чресла,
Как так случилось? Не пойму.

- А что тут собственно такого?
Красив я, тщательно побрит.
И в койку лезу не к любому,
А только кто меня манит.

- Приятно слышать, мой пригожий,
Что я тебе довольно мил.
Хорош стоять тогда в прихожей,
Меня ты честностью сломил.

Иди, ложись под одеяло.
Я быстро, в ванну и приду.
Желанье тело обуяло,
Терпеть я больше не могу.

А Рихард прямо растерялся,
Он думал, будет умолять.
Но сразу перестав бояться,
Он Поля утащил в кровать.

В объятьях сильно Круспе стиснув,
И заваливши на кровать.
Одною Поль терзался мыслью:
"Скорей бы Риху отъебать".

А Круспе сильно распалившись,
Не в силах страсть свою сдержать.
С позицией определившись,
Стал Полю ноги раздвигать.

- Постой! Я, быть хочу активом,
Себя оттрахать я не дам.
Тебя я представлял пассивом,
Мечту свою я воссоздам.

И Круспе уложив на спину,
Уселся сверху на него.
Увидев, злую друга мину,
Не захотел уж ничего.

- Постой, сейчас договоримся,
- герр Круспе Полю предложил.
- Давай мы в шахматы сразимся,
Кто выиграл, тот заслужил.

Уселись оба, пред доскою,
И думают с чего начать.
На Пауля глядя с тоскою,
Герр Круспе начал побеждать.

- Я не хочу тебя насильно,
Хочу, чтоб ты меня любил.
С тобою я совсем бессильный,
Ты Ландерс, сердце мне разбил.

И скинувши с себя рубашку,
Всем телом на него налег.
Целует в губы, в шею Пашку,
А сам уселся между ног.

- Давай любимый расслабляйся,
Иначе я уйду домой.
Меня ты милый не стесняйся,
Люблю тебя, мой дорогой.

- Ну, ладно, буду терпеливым,
Ведь станет очень больно мне.
- Я думал, ты не из пугливых,
Уговорил! Я дам тебе.

Пред Полем встав на четвереньки,
Он доступ в тело предложил.
За ним встал Ландерс на коленки,
И член меж ягодиц вложил.

Потыкался он другу в попку,
И понял, что так не войдет.
Взял крема с полки упаковку,
А Рихард грустный, стоит, ждет.

- Я не умею, что мне делать?
Не знаю, как в тебя войти.
Я секс с тобой хочу изведать,
За робость ты меня прости.

- Давай, засунь в меня не бойся,
Я ноги шире разведу.
Ты поудобней там устройся.
А хочешь, я в тебя войду?

- Давай, так будет даже проще,
Я боль немного потерплю.
Хотя твой член намного толще…
- Поль, я не тороплю.

Вдруг Ландес сильно возбудился,
На Круспе с нежностью напал.
Губами в шею ему впился,
И в дырку плотную попал.

- Ой! Больно! Блин! Давай потише,
Меня наверно ты порвал.
А Пауль ни хрена не слышит,
- А? Что, ты мне сейчас сказал?

Тут Рихард сильно разозлился,
И Поля на пол повалил.
В сосок зубами он вцепился,
И в зад по яйца засадил.

Наиздевавшись друг над другом,
Они пошли купаться в душ.
- Ты делал больно мне и грубо,
Рих смыл растекшуюся тушь.

- Прости, я просто не умею,
А ты меня как разложил?
Ох! Сильно я сейчас жалею,
Что секс тебе я предложил.

- Давай не будем мы ругаться,
Давай немного подождем.
Позволь мне у тебя остаться,
И выход вместе мы найдем.

- Ну, ладно, можешь оставаться,
Давай попробуем опять.
Но, только чур, мне, не кусаться,
И позу нужно поменять.

- Как скажешь милый, как попросишь,
Тут Рихард Пауля обнял.
- Ты столько счастья мне приносишь,
И он его на руки взял.

- Я понял, нужно потихоньку,
По пальчику в тебя вводить.
Унес опять он Поля в койку.
И там ему давай дрочить.


Он гладил нежною рукою,
Ему и бедра и живот.
Потерся о стояк щекою,
И член засунул себе в рот.

Поль сам раздвинул ноги шире,
И Круспе палец в него ввел.
Затем уже и все четыре,
Потом и член в него вошел.

Подмахивая в такт движеньям,
От счастья Ландерс умирал.
Отбросив прочь свои сомненья,
- Люблю тебя, - он прошептал.

Оргазм его накрыл внезапно,
Такого он не ожидал.
Перевернувшись аккуратно,
Он Круспе между ног зажал...

И научив их потихоньку,
Друг друга нежно ублажать.
Я допила свою настойку.
Прошу мня не убивать!

Конец.

14:43 

Флаке разозлился.

Зачем ты выкрасился в белый,
Зачем ты щеку проколол?
Как Моисеев ошалелый,
Предал волшебный рок-н-ролл.

Ты выглядишь так некрасиво,
Намазав маслом свою грудь.
Выносишь огнемет игриво.
Бензин в тебя бы плескануть.

И, как всегда, на этой сцене
Меня унизишь ты при всех.
Стоять мне раком, на прицеле
Фанатских камер для утех.

И, оседлавши членопушку,
Стоящую сейчас в тени,
Ты будешь, словно потаскушка
В оргазме, распылять огни.

И те, с кем ночи ты проводишь,
Не стоят родинки моей.
Ты групи пачками приводишь,
Считая, что так веселей.

А эти оба раздолбая,
С гитарами наперевес,
Гей обстановку нагнетают,
А ты участвуешь, балбес.

Впервые вижу человека,
С кем разделил бы я судьбу,
Кого люблю уже полвека,
А он: "видал меня в гробу!"

Но скоро стану я счастливым,
И пусть мне грустно иногда,
Почувствую себя любимым,
Тебя похитив навсегда.

Я приготовил все, как надо,
В подвале дома моего.
Я заслужил свою награду!
Тебе ж не светит ничего.

Прикован будешь ты навечно.
Тебя на дыбу подниму.
Сам буду гладить твои плечи
И торс твой сильный обниму.

А ты сначала будешь биться,
Кричать, ругаться на меня.
И отправлять меня лечиться,
День, в кой пришел ко мне, кляня.

Но я останусь непреклонный,
Себя я буду ублажать.
А ты стоять в тисках склоненный
И мыслить только, как сбежать.

И будут зимами сменяться
Года, что ты пропал для всех.
Я буду про себя смеяться,
Имея куклу для утех.

Тебя сломаю, как орешник.
Тебя, как ветошь, разорву.
Я знаю, что я "мерзкий грешник",
Нельзя держать талант в плену.

Я закупился хлороформом
И «нитрес» в виски подмешал.
Купил тебе я униформу,
В дурдоме мне мед брат продал.

Как только тур мы откатаем,
Тебя я в гости позову.
Мы у камина поболтаем,
Потом с тобой курнем траву.

Ты выпьешь всю бутылку виски,
Тебя я сонного свяжу.
В подвал стащу, где стены склизки,
И к стулу крепко привяжу.

Пройдут года, пройдут столетья.
Тебя когда-нибудь найдут.
Кого при жизни били плетью,
Над кем чинили самосуд.

Натешившийся самолюбьем,
Повешусь рядом на крюке.
А ты один, совсем в безлюдье,
Помрешь в мученьях и тоске.

И мысли, будто бы в горячке,
Пришли мне вовсе неспроста.
Пашу в Рамштайне, как "батрачка",
А сам сгораю от стыда.

Но все когда-нибудь проходит,
Я карму злую разорву.
Ко мне и Рихард в дом приходит,
И Шнайдера я позову.

Я прокопал в подвале ниши,
Куда вас спать всех уложу.
Ваш крик никто не будет слышать,
За этим я уж прослежу.

Так издеваться над друзьями
Способен только человек,
Которому на днях бадьями
Лил самогон фанат-узбек.

***

Проснувшись в ужасе и крике,
Флакон давай друзьям звонить.
Расплакался он в трубку Рихе
И обещал вообще не пить!

Конец.

14:44 

Шнай с бодуна.

Я сел к барабанам и делаю вид,
Что это меня очень сильно бодрит.
Как будто бы мне на все наплевать,
А я, блять, устал, я хочу отдыхать!

Хочу к океану, хочу на песок,
Иначе я сдохну, мне пулю в висок.
И Рихард все время зудит, как оса.
Я час всего спал. Закрываю глаза.

От Рихи не спрячусь, я весь на виду,
Тарелкой прикрыться, походу, смогу.
Об этом, Герр Шнайдер, вам только мечтать,
Я только затих, слышу: «Ёб твою мать!»

Какой уж тут сон, какой океан,
Все вытреплет нервы наш главный болван.
Сижу и вздыхаю и палки верчу,
А Рихарда Круспе прибить я хочу.

Упасть бы мне мордой в том-том и уснуть,
Но только вот сильно не громыхнуть.
Пока Рихард с Паулем крутят колки,
Я в море, я в кайфе, мне снятся буйки.

Ну чем же, скажите мне, не благодать -
Так сладко уснуть и слюни пускать.
Но Круспе не дремлет, за мною следит,
И весь такой бодрый, хоть ночью блудит.

Я очень разбит, у меня опохмел,
В желудке - как будто я ёжика съел.
Сижу и страдаю, сижу матерюсь
И наглого Рихарда сильно боюсь.

Меня хорошо понимает басист,
Ему тоже плохо, он был мой таксист.
И хоть он не пил в эту ночь нифига,
Мы в наглую сперли из бара рога.

Нас взяли в участок и долго трясли,
В машине нашли граммов сто конопли.
Потом отпустили, и снова беда:
Какую-то бабу ебли у пруда.

Мы бравые парни, мы сила и стать,
Давай эту девку от гадов спасать.
Опять нас забрали, опять патрули.
И снова в участке нас долго трясли.

Какой уж нам отдых, покой и уют?
Поперлись в кафе, где нам кофе нальют.
И там прям на стойке я засыпал,
И Ридель со мною хоть часик поспал.

Теперь мы на репе, как два мудака.
Пытаемся спать. Рих не видит пока.
Зеваем, что пасти готовы порвать.
Затихнем и слышим : "Да чтоб вашу мать!"

Подумаешь, можно ведь день пропустить?
А может, по-тихому взять и свинтить?
И только я встал, как слышу: "Сидеть!"
Вот сука! Когда ж он успел подсмотреть?

И вот час проходит, и третий и... ах!
Ришаня с рукою у сердца в дверях.
На морде счастливой написан экстаз -
Сыграли мы классно. Все, кончен рассказ.

14:47 

Селедка и Раммштайн.

В комнате лампа с ночи горит,
На стуле селедка лежит и смердит,
Упоротый Рихард под шкафом поет,
Тилька в клозете все утро блюет.

Ландерс никак не разлепит глаза,
Лупит в окно к ним лихая гроза,
Оливер бросил свой рост двухметровый
На коврик на кухне, что цветом лиловый.

Флаке считал на картинке коров,
Шнайдер припер всех соседских котов,
Сильно друзья в эту ночь укурились.
Украв банкомат, от полиции скрылись.

Сейчас потихоньку приходят в себя,
Хотят они доброго, светлого дня,
Мечтают припомнить хоть что-то про вечер.
Где были, с кем пили. Про все свои встречи.

Но вонь от селедки им жить не дает,
И Рихард под шкафом все громче поет,
Тиллька с желудком своим подружился,
А Флаке со счетом коров своих сбился.

Шнайдер, проснувшись, начал чихать,
Пауль с котами затеял играть,
Оливер, спя, продолжает храпеть,
Рихард под шкафом начал свистеть.

Смотрят, стоит у дверей банкомат.
Блин, ведь теперь им грозит каземат.
Надо херовину быстро вернуть,
Только сначала неплохо бухнуть.

Шаря по полкам, находят вискарь.
Шаря в карманах, находят штукарь.
Лихо вчера они все оторвались.
Просто как свиньи, в хламину нажрались.

Выпив бутылку, пошли за добавкой.
К барыге зашли, закупилися травкой.
В квартиру вошли, от селедки смердит.
Рихард на них из под шкафа глядит.

Все повторяться, конечно, не может,
Ночь провели они очень похоже.
Утром на стуле селедка воняет,
Пот шкафом у них теперь Тилль напевает.

Рихард с котами на коврике спит,
Шнайдер в обнимку с клозетом храпит,
Пауль и Флаке считают коров,
Ларс валерьянкою поит котов.

Деньги в карманах у них еще есть,
Суток похожих им было не счесть.
Селедка на стуле воняет противно,
Флаке под шкафом выводит мотивы.

14:48 

Риха и Пауль.

Погладь мою попку и член мой возьми,
Но только от счастья не сильно кричи.
В объятьях меня очень крепко сожми,
И пах с бугорком свой к ноге мне прижми.
А если захочешь, поставь мне засос,
И даже ты можешь мне сделать отсос.
Я все разрешаю, себя отдаю
На секс, на разврат и на похоть твою.
Ты можешь меня очень крепко связать
И в позе бесстыдной меня отъебать.
Ты можешь пороть меня, бить и щипать,
А я обещаю, что буду стонать.
Я буду послушной в постели игрушкой,
И можешь меня придушить ты подушкой.
Но только не сильно, все ради игры,
Где я полный ноль, а хозяин мой Ты.
Но Ландерс не хочет на все соглашаться,
Ему с Рихой нравится просто ебаться.
Не хочет ритмач Риху бить и пороть,
Он холит, лелеет любимую плоть.
А Круспе ну прямо сорвался с цепи,
Задрал ритмача. Всё пори да пори.
Он даже пытался ему угрожать
И очень просил себя унижать.
Но Пауль стоит как скала непреклонный,
Не нравится вид ему Круспе склоненный.
Не будет пороть его и унижать,
А сильно пристанет, так может послать.
Обидится Круспе, уйдет в уголок,
Сидит там надувшийся как ангелок.
Сидит и молчит, и на Пауля бычит,
И в сенсор свой новенький пальчиком тычет.
Не хочет его Пауль Ландерс пороть,
Так хоть в интернете побаловать плоть.
Сидит гитарист, про садистов читает,
На месте их жертв себя представляет.
Когда наиграется в эту игрушку,
Идет к ритмачу и целует в макушку.
А Пауль любимого лишь обнимает
И как его бить даже не представляет.
Так и живут эти два дурака.
А мы посмеемся над ними пока.

14:53 

Истязание.

Не соглашался Пауль на садизм,
И очень долго он сопротивлялся.
Но доведет любого Рихин эгоизм,
И Ландерс потихонечку сдавался.
*
Настраиваясь, ночью он не спал,
А представлял, как это сможет сделать.
Похоже, Круспе Пауля сломал,
И с этим ничего уж не поделать.
*
Представив, как он плеткой будет бить
Красивое, податливое тело,
Ох, как хотел он Круспе разлюбить,
Но делал это очень неумело.
*
- Ведь Рихард делал все, что я просил,
А я сижу один и упиваюсь эгоизмом.
За все его промашки я простил,
А он мечтал: «Всё кончится садизмом».
*
Ведь многого не просит у меня,
Всего-то нужно отхлестать его ремнями.
Боюсь я боли, словно адского огня,
И разум с совестью становятся врагами.
*
Но делать нечего. Беру я в руки хлыст,
Мой милый просит жесткие страданья.
Не понимаю этих ласок смысл,
Но что ж, исполню я любимого желанье.
*
И вот связал его и бросил на кровать,
А сам стою с проклепанною плетью.
Он просит еще кляп ему впихать.
Боюсь я, вдруг закончится все смертью.
*
Не представляю, как мне это пережить,
Как вытерплю все эти я мученья,
И как смогу я с этим дальше жить.
Но Круспе все-таки получит наслажденье.
*
И не уйму душевную я боль,
И сердце мое кровью обольется,
Когда войду в отвратную мне роль.
Но Рихард ждет, и бить его придется.
*
И нет дороги мне уже назад.
Лежит любимый, связанный веревкой.
Зажмурившись, луплю я наугад,
Выходит у меня всё так неловко.
*
В ответ я слышу только легкий стон,
Он смотрит на меня просящими глазами.
Красив мой милый, словно Аполлон,
Его уродую своими же руками.
*
Но взгляд его сменился на другой -
Уже не просьба, только похоть и желанье.
И хриплый голос: - Жестче, дорогой,
Ведь я мужик, а не хрустальное созданье.
*
Он крикнул, что не хочет больше ждать,
И с губ его сорвались оскорбленья.
И заставляет меня, сволочь, вспоминать
Все, что принес за жизнь мне униженья.
*
И вот над ним я руку заношу;
В удар вложил я все мое презренье.
О Господи, я помощи прошу!
Что делаю? Я совершаю преступленье.
*
И плётка чертит на спине его узор
Тот, что в кошмарах вечно будет сниться.
Зато у Рихарда совсем блудливый взор,
И я вдруг начинаю сильно злиться.
*
Меня заставил через совесть преступить,
Я буду теперь месяц убиваться.
А Рихард заставляет повторить,
Он хочет этой болью упиваться.
*
Он крикнул мне в лицо, что я дурак,
Как розовый, противный, толстый мишка.
Веду себя как баба, как мудак,
И выгляжу я как его сынишка.
*
Ну все, зараза, ты теперь попал,
Сейчас получишь, сволочь, на орехи.
Давно ты истязания искал.
Отпизжу гада для своей потехи.
*
И, отхлестав до ссадин, до крови,
Его с кровати я ногами скинул.
И об палас он щеку раскроил,
А я перевернул его на спину.
*
- О да! - в ответ услышал тихий стон. -
Ты вспомни, как со Шнаем я сношался.
Ох, зря мне это вспомнил он,
Мой страх ушел, и я заулыбался.
*
Подняв за волосы любимого с ковра,
Ему пощечину отвесил неплохую.
Он понял вдруг, что это не игра,
И Пауль Ландерс сильно зверствует, лютует.
*
За губы укусил я до крови,
Ему я в рану поцелуем впился.
Пощады у меня ты не проси.
И чувствую, Ришаня мой забился.
*
Я встал и дал ему ногой в живот,
От боли сразу он в комок свернулся,
Не ожидал такой он поворот.
Я очень ему мило улыбнулся.
*
На спину его снова положил
И пытку очень злую приготовил.
Его в наушники, да радио включил,
Решил пытать его уже без крови.
*
Врубив на всю катушку поп-канал,
Смотрел в его глаза и усмехался.
Там Джастин Бибер что-то завывал,
А Рихард очень страстно вырывался.
*
И вдруг взмолился о пощаде он,
Но я, не сдавшись, продолжал мученья.
Ну, кто из нас двоих теперь смешон?
Молить теперь кто должен о прощенье?
*
Шипя от боли, руки он поднял,
И, крепко обхватив меня за шею,
С любовью, с благодарностью обнял,
А я опять о сделанном жалею.
*
Я, сняв наушники, веревки развязал,
Потер ему затекшие колени.
«Спасибо, милый» - мне он прошептал.
Он кайфовал, и это без сомнений.
*
Мы долго целовались на полу,
Так нежно, без рывков и без напоров.
Я в жизни этот ужас не приму,
А Ришке это в кайф, без разговоров.
*
Он получил свое, чего так добивался.
Что до меня - я сильно пострадал.
Я вижу в снах, как он меня боялся,
И эту битву с ним я проиграл.

14:55 

Ё-хо-хо и бутылка спермы.

Часть 1

Я байку сейчас расскажу про пирата,
Который пустился в пучину разврата.
Который из жидкостей водку лишь пьет,
Который ночами старпома ебет.

По палубе ходит он, словно павлин,
В кармане лежит у него вазелин.
Причесан, надушен и чисто побрит,
Команда пирата боготворит.

Еще у пирата был страшный талант,
Он был композитор и был музыкант.
Команда корсаров играла в оркестре,
И кок флибустьеров писал для них песни.

Они выступали на юбилеях,
Фанаты пиратов сидели на реях.
Одна из фанаток пленила пирата,
Ее на концерт приволок губернатор.

Гитара пирата так сладко бренчала,
Девчонка от вида мужчины кончала.
Когда губернатор заметил соблазн,
Он вынес о казне пирата приказ.

Девчонка была губернатору дочка,
Для папы похожая на ангелочка.
На самом же деле имела секрет,
Ходила поссать как мужик в туалет.

Пирата с командой солдаты пленили,
В тюрьму за решетку их всех посадили.
Но им, как всегда, улыбнулась удача,
Когда губернатор уперся на дачу.

Охрану водярой споила девица,
И спиздив ключи, отворила темницу.
С ребятами ночью пробравшись на шхуну,
Они дали деру в глухую лагуну.

Пират на команду как дурень кричит,
Его голос громко над морем звучит.
Девка прижалась к нему потесней,
Просит на пальчики пару камней.

Старпом капитана к девке ревнует,
Его наш пират очень сильно волнует.
Не смог он с пиратом любимым расстаться,
И браком не дал молодым сочетаться.

Парней подстрекая на смуту и бунт,
Пирата скрутил он за пару минут.
И девку отдав на потеху команде,
Сам к Рихе пошел, искупавшись в лаванде.

Когда флибустьеры девчонку раздели,
От дикого зрелища все прихуели.
Имея красивую жопу и грудь,
Была в состоянии бабу нагнуть.

Ребята вернули девчонке одежду,
На жизнь подарив трансвеститу надежду.
Команда пополнилась новым пиратом,
Она стала банде достойным собратом.

Моря бороздят теперь всемером,
Ночами ебутся в каюте втроем.
Старпом капитану дозволил жениться,
Имея с ним вместе ночами девицу.

Теперь, грабя шхуны богатых купцов,
Они продают не все из ларцов.
Девчонку одели как королеву,
Следя, чтоб она не смотрела налево.

Под рифы гитар и бой барабана,
Они поломали немало диванов.
Лаская друг друга, оргазм получают,
В бутылку пустую все трое кончают.
Часть 2

Вернувшийся с дачи счастливый отец,
Задумавший дочку вести под венец,
Заметил пропажу, и вмиг поседел,
Богов вопрошая: "О, что за удел?"

Он быстро приказы солдатам раздал,
Задумав всемирный заделать скандал.
Готовясь к тому, чтобы судно вести,
Придумывал он, как же дочку спасти.

Тем временем наш капитан горевал,
Трусы он в каюте себе зашивал.
Когда ему Пауль устроил скандал,
Белье он на нем просто в хлам разорвал.

Ревнует сарпома наш капитан,
Орет и пытается кинуть кафтан.
От нервов и слёз Рихи глаз помутнел,
Сбивая налаженный метко прицел.

А баба кричит, что пора ей в кровать,
Команда готова со страху сбежать.
Устроив на судне безумный скандал,
Она бьет посуду, как мерзкий вандал.

Старпом пьет на палубе с рыбами ром,
Готовится снова устроить разгром.
И сетует он на несчастье в любви,
И гладит от горя коленки свои.

Вдруг Пауль заметил на море движенье,
Крича, что все пидары, снял напряженье.
Вгляделся он вдаль, все пытаясь понять,
Какой хрен моржовый их хочет догнать?

Обиду забыв, пробирается в трюм,
Где Рихард упился, жалея костюм.
Схватив капитана, пытаясь поднять,
Два пьяных пирата упали в кровать.

Попутал старпом, зачем приходил,
И Риху, целуя, на спину свалил.
От бешеной страсти пират улетел,
Забыв, что случилось, и что он хотел.

Рихар конечно в долгу не остался,
Вкусно и страстно он целовался.
Пауль отвлекся на пару секунд,
Не ожидая, что жёстко нагнут.

На корабле завопили матросы,
Так что отпали все сразу вопросы.
Рихард вскочил, возвращаясь на место,
Гневные взгляды ловя от невесты.

Пауль несется следом за ним,
Уже не желая быть с кем-то другим.
Наперерез им херачит фрегат,
- Все! Нас теперь упекут в каземат!

"На абордаж" раздается приказ,
Папаша приплыл с кучей мерзких зараз.
Солдаты кричат и бегут напролом,
Совсем не желая знакомиться с дном.

Кидая снаряды, натерли мозоли,
Пыхтя и стоная от мышечной боли.
Сейчас флибустьеры дадут им отпор,
Ведь каждый припер для защиты топор.

Папаша и Рихард ждут битвы развязку,
На бабу глядят они с долей опаски.
Пауль в сторонке тихонько ворчит,
Нервно по палубе туфлей стучит.

- Ты забирай свою дочку обратно,
Ведь быть с ней в постели не очень приятно.
Девку схватил он и бросил отцу,
Сильно успев схлопотать по лицу.

Солдаты слабы против крепких матросов,
Их всех запинали, как мелких барбосов.
Как фурия, злой губернатор отец,
Что дочку не смог отвести под венец.

Девка, как бомба сверху летит,
От ужаса папу скрутил простатит.
Отъела бабенка в море попец,
Горд за шалаву славный отец.

История наша подходит к концу,
Все счастливы, сбагрив эту овцу.
Хоть хер у бабенки висит между ног,
Пиратом нормальным стать трансик не смог.

Решили на шхуну баб больше не брать,
Они сами могут и шить и стирать.
Подумаешь, ножки, подумаешь, грудь.
И ночью с кошёлкой никак не уснуть.

Прям там губернатор оформил развод,
От счастья у Пауля крутит живот.
Рад до икоты счастливый стрампом,
Пьет вся команда напизженый ром.

14:56 

Беспредельный квартет.

Стемнело. Вечер. Рихард встал,
Свой ёж намытый расчесал.
И скинув полотенце с плеч,
Решил он Пауля завлечь.

В мечтах поставив друга раком,
Покрыл свои он ногти лаком.
В душе от страха весь дрожит,
Но, хер один к нему спешит.

И думает в волненьи парень:
Вдруг Шнайдер первый – он коварен.
Боясь застать его в гостях,
Звонит он Полю второпях.

А Пауль с жуткой похмелюги
На кухне шарит, ищет квас.
Купив два литра на досуге,
Его для этого припас.

Во рту говно, курить охота,
Еще давай крутить живот.
Брать трубку жутко неохота,
Но Риха сам тогда придет.

Недолго Полька себя мучил,
Раздумьем тягостных мыслЕй.
Он трубку лихо обеззвучил
И двинул в туалет быстрей.

Гудки послушав и молчанье,
Подумал Рихард: «Ну, нахал!»
Издав утробное рычанье,
Он брюки в гетры запихал.

Наклеил на сосок он ленту,
На теле крест изобразив.
И к Полю, словно к диссиденту,
Решил он двинуть как «пассив».

В Берлине все давно уснули,
Лишь Шнайдер, выспавшись за день,
Мечтает о ночном разгуле:
«Хуль я сижу тут словно пень?»

В штанах у Шнайдера вдруг встало,
Он начал шарить по шкафам.
Надев носки, умыв ебало,
Он вмазал шнапса двести грамм.

Могучий, пьяный и суровый
Смотрел в окно он и мечтал.
Как вставит Круспе член багровый,
И чтобы сперму тот глотал.

- Ай, Риша! Сука, блядь, зараза,
Разъеба, пидор и говно!
Устрою гаду садо-мазо,
Пойду к тебе. Все, решено!

Когда с подъезда Шнайдер вышел,
Он Риху сразу увидал.
Позвал его, тот не услышал,
Тогда Шнай Круспе уебал.

Взвалив несчастного на плечи,
К себе в квартиру он занес.
- Куда ты держишь путь? Далече?
Он задал первый свой вопрос.

- Какого хуя ты дерешься?
Кричал на Шная Рих в пылу.
- Въебу козлу, не подотрешься!
И вмазал Думу по еблу.

А Пауль сняв кваском похмелье,
В квартире ночью заскучал.
И захотелось вновь веселья,
Чтоб крик и секс, и рок звучал.

Распинывая тапком пробки,
Он к телефону подошел.
- Кому звонить из вас уёбки?
До Тилля Пауль снизошел.

«Приди ко мне», - Поль Тилля просит,
Тот эсемеску прочитал.
- Хех, видно Ландерса заносит, -
Конец в штанах у Тилля встал.

В подъезде, у квартиры Поля,
Тилль Шная с Рихой повстречал.
Увидев сумки с алкоголем,
- Привет, - он грустно проворчал.

Услышав, что звонят в квартиру,
Хозяин быстро дверь открыл
И сразу увидал картину
Из двух разбитых милых рыл.

- Зачем ты руки распускаешь?
Зачем ты бьешь моих друзей?
Стоишь тут, мило зубоскалишь…
И выгнал Тилля Поль взашей.

Пыхтя и изливаясь злобой,
Тилль сильно вдарил в дверь ногой.
Назвал он Пауля "разъебой",
А Круспе "сраною дырой".

Потом нассал на дверь немножко,
Глазок жевачкой залепил,
В мешке соседей взяв картошку,
Он Паулю окно разбил.

Дверь отворилась, вышел Шнайдер.
- Ссать хочешь? Так иди поссы.
Нассал на дверь ты точно снайпер!
А сам уже спустил трусы.

Скрутили Тилля музыканты
И уложили на кровать.
И несмотря, что все таланты,
Решили друга отъебать.

Тилль выл, стонал, и взгляд был мутный,
Как будто полный райских грез.
И после паузы минутной,
Он понял, что они всерьез.

Просить прощенья было стыдно.
Просить пощады? "Не хочу.
Ебут друзья. Да, блядь, обидно,
Потом я всем вам отомщу".

14:58 

Любовь к кошкам.

Ветер у дерева ветку качал,
На ветке от страха, кошак завывал.
Быстро примчался на вызов пожарный,
Статный, красивый, смелый - Шикарный!

Лихо на дерево парень забрался,
Взяв кошака, вместе с ним он сорвался.
Падая, много и громко кричал,
К Шнаю в объятья он точно попал.

Встретившись взглядом, ребята смутились,
Морды обоих от счастья светились.
Киску, спасая и с ветки упав,
С корнем Поль вырвал у формы рукав.

- Что теперь будет, ведь вычтут с зарплаты?
- Я могу быстро поставить заплаты,
Я по профессии - Шнайдер, портной,
Сопли утри и топай за мной!

Дружба в тот день у мужчин завязалась,
Любовь к животинкам на этом сказалась.
Ходят теперь они вместе в кино,
После на лавочке хлещут вино.

Пауль на Шнайдера смотрит с хитринкой,
Член, встав как кол, сильно давит в ширинку.
Хочет он парня: раздеть, наклонить,
Но не решился пока предложить.

Вскоре его, пригласив на природу,
Место он выбрал, где нету народу.
Нежно портного обнял наш пожарный,
Слив ему в уши запас свой словарный.

Шнайдер помявшись его, не отшил,
Тискать за попку себя разрешил.
Как все случилось, он помнит не очень,
Но больше один не проводит он ночи.

14:59 

Типа про Красную шапку.

Поль Круспе собирал в дремучий лес:
- Дойдешь до Тилля, скинешь СМС,
Расскажешь, как дошел, как вокалист,
И обсудите новый, на альбом, треклист.

Кладу тебе в авоську мармелад,
И пончики возьми, он будет рад.
Снеси ему подписку трех газет,
Как прочитает, пусть снесет в клозет.

В лесу будь аккуратен, не плутай,
Возьми собаку: - Подь сюды, Алтай!
А как увидишь Шнайдера кота,
Ему скажи, чтоб пер скорей сюда.

Прикинул к телу Рихард красный фрак,
Поморщился: - Мне не идет, фу, мрак!
Но Ландерс злобно на него глядел,
И Рих подаренный костюм надел.

Вошел он в лес и сигарету в рот,
Тут с ветки спрыгнул черный Шнайдер кот.
- Привет Ришань, как Пауль, меня ждет?
Сказал вчера, что сам ко мне придет.

- Меня собрал и выгнал к Тиллю в лес,
К тебе, видать, он держит интерес.
Не жди, не буду драться и кусаться,
До завтра можешь смело оставаться.

Собравшись, Шнай все ж пережил конфуз,
- Красивый, это, у тебя картуз.
А Рихард, быстренько подправив макияж,
Продолжил прерванный котом вояж.

Герр Линдеманн, качался в гамаке,
Держа бутылку вискаря в руке.
У ног его свернувшийся в комок,
Герр Лоренц, прячась, ковырял замок.

- О Риха! Мы уж заждались,
Тащи харчи и рядышком садись.
- Куда мне сесть? На землю иль в гамак?
Рих пялился на Тилля, как мудак.

- Садись ко мне, ведь я тебя люблю,
Бери стакан, вискарь тебе налью.
- А как же бедный Флаке на земле?
Мне это, как сказать? Не по себе!

- Забей, не парься, Флаке крепкий мэн,
Конечно худ, но видно, что спортсмен.
Рих с грустью посмотрел на мужичка,
Как не хотел - не разглядел качка.

Тут Оливер с охоты подошел,
Стал хвастаться тем, что в лесу нашел.
Алтай махав хвостом к ним подбежал,
Случайно лапой на замок нажал.

Свалились с Кристиана кандалы,
Удары Флаке были тяжелы.
Лежит теперь в кровати Линдеманн,
Ест только мятый вилочкой банан.

15:00 

Частушки блеать!

1.

Менсон Риху хвать за грудь,

Пальцами холодными.

Тилль обиду не простил,

Сделал всех бесплодными.

***

И проклепана рубаха,

И проклепаны портки.

Лампу в рот себе засунул,

И в шнуровках сапоги.

***

Пауль Рихарду давал,

В баре на танцполе.

Не подумайте плохого -

Рассмотреть мозоли.

***

Ридель Флаке подарил,

Туфли на подковках.

И теперь, его коллеги,

Вертят на подъебках.

***

Менсона в лесу поймали,

Лесники за яйца.

Полностью его ломали,

Как монгол Китайца.

***

В карты Рихард проиграл,

Дурень ненормальный.

И теперь он должен делать,

Тиллю секс оральный.

***

Охмурял парнишка Тилля,

Ладный, стройненький, такой.

Тилль его везде таскает,

Не поймет, что голубой.

***

Бежит Шнай по коридору,

И стучит калошами.

Утром девку разглядел,

Морда как у лошади.

***

Насмотрелся Тилль порнухи,

Начал Тилль дурачиться.

Все согрупники теперь,

По гримеркам прячутся.

***

Утром морда Линдемана,

Как ебло у басурмана.

Очень сухо в глотке,

Душа просит водки.

***

Рихард с Полем поругался,

Вмиг собрался и ку-ку.

Стыдно, что ушел не к бабе,

А к другому мужику.

***

Шнай для Рихарда остался,

Полную загадкой.

Пригласил попить пивка,

А увел в кроватку.

***

Из Германии приехал,

Представительный певец.

Два яичка из металла,

И резиновый конец.



2.

После сессии у Тилля,
Риха стал красивый,
Половина попы красная,
А половина синяя.

Тилля Рихард разозлил,
Гримом весь обмазанный.
В туалете ночь сидел,
За ногу привязанный.

Рихард с грустью убедился:
Что он в Ландерса влюбился.
А у Поля, кроме пьянства,
Никакого постоянства.

На концерте Тилль с тоски,
Выбил хуем три доски.
Возрастает год от года,
Мощь немецкого народа.

Флаку Шнайдер целый вечер,
Дома не застав никак.
Прилепил на дверь записку:
«Лоренц – пидар и мудак!»

Репортерша у ворот,
У Рихи интервью берет.
А он ей ни бе, ни ме -
Одна ебля на уме.

Эх, ну немцы, ну народ,
Флаку вокалист ебет.
Продемонстрировав вокал,
Фанатам хуем помахал.

Тилль пошел к себе в гримерку,
Слышит, кто-то охает.
Дверь открыл и охренел,
Рихарда мудохают.

15:02 

Моему питомцу.

Как тяжело когда хоронишь животное,
Тот маленький комочек, который радовал тебя долгие годы.
Что в памяти моей сейчас останется?
Только доктор читавший молитву пока малыш засыпал.
И некому больше дать лакомство,
И никто не завиляет хвостиком, когда ты придёшь вечером и включишь свет.
А что если я тебя обижала раньше и не всегда хорошо ухаживала?
Куда вы отправляетесь после смерти?
Я никогда больше не заведу такого как ты,
Слишком тяжело терять живое существо хоть и маленькое.
И у тебя было сердечко и оно билось,
У тебя были свои предпочтения.
Прости меня маленький, если я тебя не очень сильно любила.
Пусть земля примет твое тельце, а душа если она есть,
Пусть обретет покой.

15:03 

Зверь.

Сердце стонет и бьется в груди,
Вою в ночь, позабыв про опасность.
Вновь сменяются лунами дни,
Я бегу, рассекая пространство.

Мы живем в параллельных мирах,
Прорываюсь к тебе я сквозь вечность.
Я живу там, где холод и мрак,
Где судьба моя есть бесконечность.

Вновь звериное стонет нутро,
Предвкушая руки твоей ласку.
Почему так? Нам знать не дано,
Лишь три дня превращаются в сказку.

Скинув шкуры звериный покров,
Я войду в твою хижину голый.
Отсвет бешеной страсти костров
Разгорится в любви однополой.

Мы не в силах унять эту боль,
Будем ждать мы прощения свыше.
Твое тело уйдет на покой,
Крик души мирозданье услышит.

И уже нас не сдержит земля,
Наши души взметнутся за звезды.
В моем мире, где вечно зима,
Не познать расставанья угрозы.

21:53 

Сказка о "Принцесе" и пяти богатырях.

Сказка о "Принцесе" и пяти богатырях.
ficbook.net/readfic/769745

Автор: Liudmilar (ficbook.net/authors/Liudmilar)
Беты (редакторы): SchwarzNebel
Фэндом: Rammstein
Персонажи: Все. Рихард/Пауль.
Рейтинг: R
Жанры: Юмор, Пародия, Стёб, Стихи
Предупреждения: Нецензурная лексика
Размер: Мини, 5 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен

Описание:
Про то как слетали Reise, Reise записать.

Посвящение:
Всем фанатам.

Примечания автора:
Это конечно не "Тур в Бобруйск", но тоже весело получилось.
ficbook.net/readfic/720660

Я не знаю кто это смастерил. Но меня прибило. Видать вштырил мой стишок. Пять балов! yadi.sk/d/O5eauPrZ5SPsU
Пауль с Рихардом простился,
В путь-дорогу снарядился,
Хочет всех он помирить,
Чтоб "Раммштайн" не развалить.

Рихард кукситься не стал,
На гитаре побренчал.
Выпил водки, захмелел,
Пауля конфеты съел.

Он с Раммштайном разругался
И к себе в Нью-Йорк подался.
Но мужики его "простили",
Ненадолго отпустили.

Пусть немного отдохнет,
Нервы в норму приведет.
Им без "Злюки" благодать
"Райзе, Райзе" создавать.

Поль без Рихарда скучает
И всегда к нему летает.
Рихард Поля очень ждет,
Поль ему сюрприз везет.

Подарил ему фанат
Очень странный экспонат.
С чебурашкой заодно
Было зеркальце дано.

Свойство зеркальце имело:
Говорить оно умело.
Вот уж Рихард будет рад,
К дню рожденья аккурат!

И в кафешку собираясь,
Вот Ришаня, наряжаясь
Перед зеркалом своим,
Разговаривает с ним:

"Я ль на свете всех милее,
Всех красивей и умнее?"
Ну, а зеркальце в ответ:
"Ты, конечно, спору нет."

Рихард начал хохотать,
Поля сильно обнимать,
Перед зеркалом вертеться,
Хочет больше разодеться.

И себя всем показать,
Значит, нужно выступать.
Прекращает Рихард дуться,
Хочет он в Раммштайн вернуться.

Ландерса к себе позвал,
И дел кучу наказал.
Рихард всех друзей простил,
И Пауль всех оповестил,

Что их "принцесса" сжалился
И в группу возвращается.
И время рассчитал впритык,
Все утром в студии как штык.

Никто ослушаться не может,
Ведь спорить с ним себе дороже.
И утром ровно в семь часов
Раммштайн был к подвигам готов.

И быстро все они собрались,
На недосып не отвлекались,
Закинув вещи в Рихин Форд,
Все двинулись в аэропорт.

Пока народ с табло сверялся,
Наш Рихард где-то потерялся.
Ребят не видя ни шиша,
Задел авоськой крепыша.

Бугай не очень трезвым был,
А Рихард реслинг подзабыл...
Ох, сильно тот бугай сглупил,
Что герра Круспе отлупил.

А Поль уже переживает,
Что Рихарда не наблюдает.
"Ну и где наша принцесса?
Это даже интересно."

Тилль пошел его искать,
Персонал весь допекать.
Спрашивает всех вокруг,
Где его любимый друг?

«В туалете есть один
Сильно битый господин»

Тилль бегом туда помчался.
Увидел Ришу, испугался.
И давай себя казнить,
Что Риху смог он отпустить.

- Кто посмел тебя побить?
Ты то как смог допустить?
Опиши мне негодяя,
Я отпизжу распиздяя.

Рихард стал себя жалеть,
Себе дал волю пореветь.
Негодяя описал,
Тилля дать пизды послал.

Тилль увидел, где нахал,
В рожу тут же напихал.
Громко суку обвинял,
Бабки все его отнял.

Загрузились в самолет.
Рише снова не везет -
В самолете не курить,
Как теперь им виски пить?

Сел к окошечку, вздыхая,
Заказал себе лишь чаю.
И опять ему обидно -
Облачно. Ни зги не видно.

А у Рихарда есть власть:
Ему херово, всем не всласть.
Он давай всех допекать,
Как альбом им создавать.

Истрепал ребятам нервы,
Все лютуют, словно "стервы".
Шнайдер Паулю сказал:
- Ты бы Рихарда унял!

А не то он счас от нас
Прям получит в правый глаз.
Левый, вон, уже с фингалом.
Можем дать и по сусалам.

Так и срались всю дорогу,
Рихард корчил недотрогу.
Пауль его ублажал,
Ни на что не возражал.

Тилль терпел его как мог,
Шнайдер весь от злости взмок.
Оливер достал кинжал,
Флаке его удержал.

Вот в Испанию прибыли,
Рихарда чуть не прибили.
Хеллнер их в такси сажает
И на виллу отправляет.

Там они прекрасно ладят,
Пиво пьют, сосиски жарят.
Им в Испании тепло,
Плюс хозяйское вино.

Пишут музыку ребята
От рассвета до заката.
Тиллька в спальне напевает,
Флаке у окна играет.

Шнайдер лупит в барабан.
Правда, он немного пьян.
После завтрака яичком
Чувствует себя отлично.

Пауль с Рихой разделились
И игрой своей гордились.
Ридель стырил ксилофон
И устроил перезвон.

С ними был какой-то пес,
Рихи зеркальце унес.
Под крылечком закопал
И потом туда нассал.

Рихард зеркало искал,
Весь расстроился, устал.
Шляпу жуткую напялил,
Всех искать стекло направил.

Злится бедный гитарист.
Хоть красив он и плечист,
Кажется ему, бедняге,
Что похож он на корягу.

Пауль Ришу успокоил,
Секс ему ночной устроил.
Доказал ему ритмач,
Что красив тот и горяч.

Reise, Reise записали!
На Rosenrot там набросали.
В Швецию засобирались,
Там барабаны записались.

А вот в Берлине был прикол,
Там был все время пьяный хор.
Но с этим тоже разобрались,
Ребятки наши отписались.

И откатав они Ahoi,
Риханя двинул наш домой.
Сидит в Нью-Йорке, паразит,
И «Эмигрейтом» всем грозит.

Имидж круто изменил
И ошейник нацепил.
Ходит черный, как вампир,
Приодевшись в кашемир.

Как всегда, его простили,
Меж собой так, опустили.
Пусть "принцесса" отдохнет,
Нервы в норму приведет,
Набалуется, стервец!

Сказке нашей тут конец.
Не забудьте оставить свой отзыв: ficbook.net/readfic/769745

22:05 

Как Рихард группу собрал.

Как Рихард группу собрал.
ficbook.net/readfic/724375

Автор: Liudmilar (ficbook.net/authors/Liudmilar)
Беты (редакторы): SchwarzNebel
Фэндом: Rammstein
Персонажи: Все. Рихард главный. Рихард/Шнайдер. Рихард/Пауль.
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Юмор, Флафф, Мистика, Экшн (action), Пародия, Стёб, Стихи
Предупреждения: BDSM, OOC, Нецензурная лексика
Размер: Миди, 28 страниц
Кол-во частей: 8
Статус: закончен

Описание:
Сказка навеянная Филатовским стрельцом. Послали Рихарда с работы за чудом, а он Rammstein случайно собрал. Все очень смешно. Есть любовь и ревность. Дело происходит в параллельном мире.


Примечания автора:
Просто для хорошего настроения. В процессе написания получается сплошная порнуха.

Один
На далеких берегах, на заморских островах
Живет певец, молодой удалец.
Живет, не тужит, курьером служит.
Служба у Ришки не слаще коврижки:
То сбегай на рынок, то обслужи кретинок.
А мечтает наш Риха о славе великой.
Надоело сидеть ему чернью безликой.

Вызывают Рихарда к начальнику:

Босс у него - задрота, рожа как у бегемота.
Злобный, как собака, у Риши от страха намокла рубаха.
Начальник сидит, исподлобья глядит,
Грозно вещает, в общем, стращает.

Босс.

"Ты, давай-ка, собирайся, за границу отправляйся,
Там возьмешь один ларец, да не вскрой его, подлец.
Это не заказ, а дар, сумасшедший гонорар.
Притарань его сюды и получишь за труды."

Делать нечего. Поехал Рихард за ларцом.
По дороге его ограбили. Остался без денег и документов.

Целый день Ришка собирал ум в кулачишко,
Все кумекал в поте лица, как добраться ему до ларца.
Да от голода мысли в голове прокисли.
Живот урчит, ноги ослабли, руки повисли.
Спрятал морду в воротник, ломанулся напрямик.
Может, лесом мне прокрасться, ягодами обожраться.
И вода там в речке есть, и на пень там можно сесть.

В лесу

И идет наш герой ни мертв, ни живой.
Километры мотает, от поноса страдает.
Вдруг в кустах заметил тень: "Это что за хренотень?"
Испугался не на шутку, остановился на минутку.
Тут его за шкирку хвать, и давай крутить, мотать.
Ничего не понимая, к Богу с матерью взывая,
Рихард головой вращает, вырваться не забывает.
Куртка треснула на нем, полетел он кубарем.
Развернувшись, он увидел: перед ним стоит не дом,
Не зверюга и не птица, что-то среднее с крыльцом.
На ногах у неё шпоры, над крыльцом не вход, а рот.
В общем, вид такой ужасный, Рихард наш как заорет.

Избушка неожиданно ласковым голосом:

"Ты меня, милок, не бойся, поиграю, отпущу".
А сама смотрит на Ришку, как кошка на мышку,
Схватила его под подмышку и поскакала вприпрыжку.
У Рихарда от ужаса перед глазами все кружится,
Свою жизнь вспоминает, босса проклинает.

Наглая избушка привязала Рихарда к дереву и давай пороть. В этот момент из леса выходит странный мужик и орет на избушку:

"Эй, поганка, прекрати, парня можешь извести.
Ты совсем прям одурела, сидя в этой взаперти!"

Отвязывает Рихарда, рассматривает ссадины и приговаривает:

"Ты прости ее, милок, не сажай ее в острог,
Да уж сильно расстаралась, садо-мазо начиталась.
Меня отшлепать не рискнет, я сам люблю такой подход.
От неё один бедлам, шкодит, пакость, тут и там.
Я давно уже решаюсь отпустить её к чертям".

Рихард от всего происшедшего ни говорить, ни двигаться не может.
Сидит, молчит, на Тилля глядит.

Понес Тилль Ришку к себе, значит, в домишко,
А тот висит не весел, голову повесил,
Совсем опечалился, с белым светом прощается.

Тилль приводит Рихарда к себе.

Тилль:

"Ну-ка, душу мне излей, отчего ты черта злей,
Что за горе приключилось, за беда что навалилась?
А без вкусной снеди не быть беседе.
Эй, избушка, подь сюды, принимайся за труды,
Быстро нам накрой поляну, для начала, по стакану
Самогона нам налей,
Чтобы мыслил он быстрей.
Соскучился я в глуши без родственной души."

Тычет в одуревшего Рихарда пальцем.

Рихард:

"Поболтать я не дурак, что, зачем, куды и как,
Только сильно исстрадался, по лесам я намотался.
И в болоте я тонул, и простуду хватанул.
Ты мне дай поспать чуток, может быть, и выйдет прок
Из рассказа моего про то, что, кто я и чего.
Я сейчас могу сказать, что очень сильно хочу спать.
А держать мне путь далекий, так как боров толстощекий
Изведет меня вконец, не припри я тот ларец."

Засыпает.

Вдвоем.
Пока Рихард спал, Тилль решает пойти с ним.

Понял Тилль, что за ларец ищет этот молодец.
За ларцом его послали, но всего не рассказали.
Чтоб добраться до ларца, нужно выманить птенца.
Сей птенец тогда расскажет, как добраться до дворца...
(больше он ничего не помнил)

Тилль вещи собирает, корзинки сплетает,
Под нос напевает:

Проснулся Рихард, сидит, улыбается,
Больше не пугается.

Собрались ребята, вышли из хаты.
Тилль избушку отпустил, за все её благодарил.
И прожить ей дольше, и детишек побольше.

Избушка на радостях снесла яичко и удрала подобру-поздорову.
Ребята взяли яйцо и пошли.

Тилль Рихарду:

Ты чего опять смурной? Не с похмелья, не больной.
Или просто ты не хочешь, чтобы я пошел с тобой?

Рихард:

Мог бы просто намекнуть, вот куда мы держим путь?
Долго ль нам говно месить, не есть нормально и не пить?

Тилль:

Как найдем мы тот ларец,
То невзгодам всем конец.
Только нужно разобраться,
Где он прячется, подлец.

Рихард:

Ладно. Я устал и хочу уже привал.
Вон, у речки разместимся, может, рыбкой угостимся.
Ты, мой друг, не обижайся, но жратва твоя ужасна:
Грызть кору и пить крапиву - это даже некрасиво.

Тилль занялся костром.

От голода, и плотники становятся охотниками.
Рихард заострил палку и айда на рыбалку.

Нажрались, лежат, тащатся, на звезды таращатся.

Яйцо выкатилось из поклажи, подкатилось к костру, нагрелось, треснуло. И оттуда начал вылупляться птенец.

Тилль толкает Рихарда в бок.

Ну ты только погляди:
Первый ребус позади.
Эта птаха нам расскажет,
Как не сбиться нам с пути.

Птенец вылупляется и очень резво начинает бегать, потом взлетает, Тилль успел поймать его за хвост, но он вырвался, а у Тилля осталось в руках одно перышко.

Тилль расстроился, расплакался от злости и в сердцах швырнул перо в догорающий костер.

Искры взвились до небес,
Дым столбом, огонь погас,
И стоит там молодец, белокурый удалец,
Стройный, высокий,
Платье на нем ново, правда, видит хреново.

Выходит из кострища, кланяется.

Кто меня освободил,
Тот теперь мой господин,
Я за ним в огонь и в воду,
Можно даже на горилл.

Теперь их стало трое.



Втроём.
Флаке

Нам переть счас во дворец,
Там сидит один юнец.
Из башни никуда не денется,
Пока на ком-нибудь не женится.
У него есть перстенек,
Который сильно б нам помог.
Этот перстень нам укажет
Путь за вашею пропажей.
Правда, путь лежит далек:
Через горы на восток.
Нам какой-нибудь хоть транспорт,
Не напасемся мы сапог.

Я счас быстро наколдую,
Раньше запросто ведь мог.
Просто, сидючи в яйце,
Позабыл я все уже.

Взял палки, ветки, в кучу все сложил, начал колдовать.

Тилль с Рихардом:

Не, ну ты посмотри - чудеса в решете,
Бледный конь получается в драном пальте,
Я на нем не поеду - мне его жаль,
Ты в глаза его глянь: вся мирская печаль.

Конь:

Хоть и вышел я уродом,
У меня задора много.
Мне б травы покушать всласть
И на кобылочку напасть.
Вы меня с собой возьмите
И на конюшню отведите.
И дней, примерно, чрез пяток
От меня вам будет прок.

Пошли все вместе, нашли деревню, коня отпустили, а сами в лесу ждут. Наутро шестого дня проснулись от ржания.

На пригорке, в лучах солнца,
Конь стоит, красавец просто.
Сильный, гладкий и гнедой,
Из ноздрей огонь,
Из спины два огромных крыла,
Под копытами вянет трава,
Зубы ровные, как жемчуга.

Конь:

Ну что, мальчишки, как я вам?
Теперь поскачем по делам.
Ну только я решил жениться и скоро должен воротиться.
Я вас доставлю во дворец.
Там помогу, и все. Писец.

Садятся все ему на спину.

Читатель, ты представь полет:
Через леса, моря и реки
Летят три парня на коне.
Один нормально, второй спит,
А третьего все время рвёт.

И вот уже за облаками
Мерцает городок огнями,
А посреди него дворец,
Где восседает молодец.

Шнайдер в башне сидит,
На всех сверху глядит.
Он не хочет женихаться,
Ему б из башни смотаться.

Заколдовала его ведьма, пока не женится, из башни не выйдет. А невеста должна отличаться от всех.

Невест ведьма сама проверяет,
Никого не одобряет.
Сама хочет под венец,
Уж больно Шнайдер красавЕц.

Ведьма:

Ты от меня, Шнайдер, никуда не денешься,
И в спальне ты моей разденешься,
И будешь ты меня любить,
Иначе бОшки не сносить.
А срок тебе - уже малец,
До этой пятницы, стервец.

У Шная от этой перспективы зубы сводит. Всем богам молится. Удрать хочет.

В городе

Невест полным-полно. За женихом очень большое приданное. Условия сватовства на каждом столбе пришпилены.

Девушки все разные:
Безобразные и ужасные,
Красавицы и уродки,
Ботанки и идиотки.

Тилль:

Ну, что делаем, народ?
Как нам выиграть этот лот?
Бабу посылать без мазы.
Нда... не выгорит ни разу.
Мы счас Риху разоденем,
Намалюем, и вперед.
Будешь ты у нас красавица,
Жениху должен понравиться.

Выловили прошмандовку,
Выкупили у нее шмотки.
Риху одели и сами прибалдели:
Стоит девица вида статного,
Но очень развратного,
Только ноги побрить, и можно женить.

Рихард во дворце на смотринах. Ведьма вокруг ходит, проверяет.

Ведьма обходила, нюхала,
Приседала, чихала.
Ничего понять не может,
Злость её до костей гложет,
А понять не может:
Что в этой крале её тревожит?
Чует, зараза, что чары её дают отказы.

А ребята Риху в кабаке ждут,
Икру, шашлыки и салаты жрут,
Сильно переживают
Коняку узнать, что да как, посылают.

Рихард у Шнайдера

Рихард:

Я скажу все напрямик:
Я не баба, а мужик,
Ты мне только интересен,
Как носитель чудо перстня,
Потому что мы идем
За каким-то там ларцом.

Шнайдер:

Ага, мужик она, выдумала.

Рихард юбку поднимает
И достоинство предъявляет.
Шнайдер не верит и желает проверить.
Подходит тихонько, гладит легонько,
У Ришки все поднялось,
Белье в попку впилось,
На Шная глядит, ничего не говорит,
Только часто дышит и удары сердца слышит.
А Шнай дорвался и прям весь расстарался:
И целует и обнимает,
Но лишнего себе не позволяет.

Шнайдер:

Задолбался я уже в этой башне ПМЖ.
Но выпустят меня не сразу,
А после первого трах-раза.
Эта крокодила уже в стенке дырку просверлила
И будет наблюдать, как я жену начну *бать.

Рихард:

Значит, ноги раздвигать...
Шнай, ты можешь обещать,
Чтобы мне не больно было?
Я ведь целка, твою мать.

Шнайдер

Ты пройди в покои дамски,
Там есть разные замазки,
Сам попробуй, растяни,
Ну хотя б на пальца три.
В койке стринги не снимай,
Чтоб не спалиться невзначай.

В постели у ребят не все гладко получается:
Рихард крутится, извивается,
Шнайдер его поцеловать хочет,
А он, гаденыш, кусается.
Ножки расставляет, а попку зажимает.
Хоть там все кремом намазано,
У Шная ничего не влезает.
Шнайдер разозлился, в сосок Рихе зубами впился.
Рихард на секунду растерялся,
Тут Шнайдер и прорвался.
А у Ришки внутри все сжимается и сокращается,
Шнайдер вот прям сразу кончить собирается.

После оргазма Шнайдера все чары снялись, и ведьма сдохла.

А Шнайдер Ришку не отпускает,
А все ему вставляет и вставляет.
Рихард удовольствия не получает.
И, вроде, простата сжимается,
Да только Шнайдер ему совсем не нравится.

Рихард:

Все, давай закругляться,
Оргазма мне все равно не дождаться.

Шнайдер на Риху обижается,
Еще хочет, минет просит,
А Рихард упирается, слинять собирается.
Выходят они вместе из замка,
Идут, ругаются.
А про то, что переспали,
Решили никому не говорить - стесняются.

Пришли к своим. Конь попрощался и убежал. Стало их четверо.

Вчетвером.
Рихард:

Ну, наш путь еще далек?
Нам на запад? На восток?
Или может нам на юг?
Или за полярный круг?

Флаке:

Ты чего такой сердитый?
Не умытый и не бритый?
Иди понежься лучше в ванну
И покури марихуану.

Рихард пошел

Во круто! Ванна и косяк.
Забуду Шнайдера стояк.
Он, паразит, дорвался,
А я чуть не порвался.

Тилль Шнаю:

Ну а ты чего стоишь, весь сконфузился?
Иди, вон, вместе с Рихой в ванну и тоже дунь марихуану.

Шнай заходит к Рихарду.
Тот как его увидел, впал в панику,
Быстро натянул подштанники.
Думает: "Ну достанется мне опять на пряники."

Рихард:

Не смей даже подходить.

Шнайдер:

Я насильничать не стану, можно мне с тобой побыть?

Флаке с Тиллем смотрят на кольцо, и никакие мысли, как его использовать, в голову не лезут.

Флаке:

Нужно будет колдонуть,
И продолжим наш мы путь.
Ты, колечко, помоги,
Нас к ларцу препроводи.

Тилль:

Ты только тщательней колдуй,
Там, может, карту нарисуй,
А, может, нам его нагреть,
А, может, лучше рассмотреть.

Они бросают кольцо в огонь. А оно оттуда вылетело, на стол упало, а из камня луч в окно и светит в гору, за лесом. Ну вот, решено, идем к горе.

Собрались, с городом распрощались.
В лес дремучий входят,
Друг от дружки не отходят,
В лесу темно и страшно,
Но ведут себя, типа, отважно.

Идут, сквозь чащу пробираются,
Шнай к Рихарду все прижаться старается.
Говорит, что влюбился
И совсем не жалеет, что на нем женился.
Рихард его посылает,
Брак законным не считает.

Вдалеке показался огонек.
И не так, чтоб прям далек.
Значит, люди там живут,
Значит, нам приют дадут.

Стоит на поляне теремок,
Не низок не высок,
Хозяйство вокруг небольшое,
Все ухоженное и как будто живое.

Заходят в дом и видят картину:
Семь мелких баб и мужик посредине.
За столом сидят,
Курицу едят.

Мужчина поднимается,
Лучезарно улыбается.
От его улыбки у Рихарда в душе заиграли скрипки.
Мужчина тоже в Рихарда влюбляется и Паулем представляется.

Пауль:

Я очень рад, что вы пришли,
Я чуть не помер тут, в глуши.
Живу давно средь этих баб
И как мужик, совсем ослаб.
Попробуй всех их обслужи,
Ведут себя как госпожи.

Тилль:

Я в этом деле помогу,
Мне это очень по нутру.
А ну-ка, бабы, кто ко мне?
Да можете хоть сразу все.

Тут Флаке быстро схватил с полки
Наручники, паддл и бондаж,
Пять кляпов, страпон, саквояж,
Где рядом лежат флагеляторы и черные фаллоимитаторы.

И они с Тиллем и бабами ушли на сеновал.

Пауль, Рихард и Шнайдер сидят за столом. Пауль достал самогон.

Ну что, давайте выпивать,
Рассказывайте, как вас звать,
Как вы забрались в эту даль?

Лично к Шнайдеру:

И почему в глазах печаль?

А Шнайдер ревнует, весь внутри лютует.
Пашку готов раздавить, как букашку.
Порвать, как промокашку.
Но лицо держит. И выпил рюмашку.
Рихард к Паулю все норовит заглянуть под рубашку
И уж больно его возбуждают ножки в джинсах в обтяжку.
А Шнай аж искрит от злости,
Даже съел от курицы кости.

Рихард Шнайдеру:

Ты сходи, что ль, погуляй.
Иль по банкам постреляй.
Иль зайди к Флакону с Тиллем,
Поваляйся на перине.

Ты не будь, Шнай, дураком.
Если с Полем что случится,
Ты схлопочешь быстро в рыло
Лично этим кулаком.

Шнайдер:

Ага, прямо испугался,
Прямо тут же обоссался.
Ты, вообще-то, мне жена,
Хоть совсем и не верна.
И не смей ты мне перечить,
А сексом должен обеспечить.
И тут ты задом не крути
И не изыскивай пути
Как меня, своего мужа,
Из каморки увести.

Рихард:

Да пошел ты, Шнайдер, в жопу
И скачи туда галопом.
Я буду жить, как я хочу,
А будешь лезть, блин, замочу!

Шнайдер не выдерживает и бьет Рихарда. Завязывается драка. Все выбегают, их друг от друга оттаскивают.

Тилль успокаивает Шнайдера:

Ты чего к нему пристал?
Ты чего его достал?
Кто тебя из башни вынул?
Лучше б ты не забывал.
Брось ты, Шнайдер, не грусти!
Волосами не тряси!
Что у вас любовь не вышла,
Ты его за то прости.
Не сходил бы ты с ума,
Погляди вокруг себя,
Нам сейчас такое счастье
Достается задарма!
Ты на девок посмотри,
Вон одна, а вон их три.
Хочешь двух, а хочешь всех.
Все охочи до утех.
Все, с волнением в крови,
Жаждут ласок и любви,
Конкуренция такая,
Прям как хочешь их бери.

Тилль уводит Шнайдера.

Рихард Паулю:

Ну так как, пойдешь со мной?
Не богат я, не герой.
Я могу лишь обещать
Тебя всю жизнь оберегать.

Пауль:

На тебя, мой милый друг,
Я сменяю всех подруг,
И с тобой до конца жизни
Мы разделим наш досуг.

Рихард к Паулю идет,
Нежно за руку берет.

Пауль:

Хочу тебя, моя принцесса.
Хочу безудержного секса.

Рихард:

И как я без тебя прожил,
"Принцессой" быть я заслужил!

И каждым утром на рассвете.
Когда у нас не будет сил.
Хочу быть рядом с тобой вместе,
Чтоб твой язык меня будил.

Пауль:

У меня были только бабы,
С мужчинами не безобразничал.
А кто у нас будет снизу?
А, впрочем, какая разница.

Флаке с Тиллем, чтоб сексуальный голод уталить,
Решили в доме Пауля недельку пожить.
И Шнайдер с ними соглашается,
На Ришку меньше обижается.
Но на Пауля злобу таит,
Как с ним встретится, зубами скрипит.

Живут в лесу, природой наслаждаются.
Утром у них пробежка, днем в речке купаются.
После обеда у них дневной сон,
Вечером шашлык и самогон.
Ну а ночью все расслабляются.
Тилль, Флаке и Шнайдер девками меняются.
А Пауль и Рихард закат провожают, восход встречают,
А к главному все никак не приступают.
Целуются, обнимаются, короче, петтингом занимаются.

Пауль боится Риху разложить как девицу,
И сам не дается.
Как Рихард ему руку между ног сунет, ему щекотно, он смеется.

Решил тогда Рихард Пауля связать.
Руки ему к спинке кровати приковать.
Под попку сунул ему подушку,
Ноги задрал ему выше макушки.
В дырочку языком ему проникает
И от счастья прям помирает.
Член ему покусывает и сосет,
Пальчик ему в попку сует.

Рихард:

Поль, я больше не могу,
Я сейчас в тебя войду.

Пауль:

Угу.

Рихард себя и любовника лубрикантом натирает,
Медленно и аккуратно в любовника проникает.
А у того там горячо и туго.
Так и с ума сойдешь от такого друга.

Так нежно сексом на земле, наверное, никто не занимается.
А Рихард входит в Пауля тихонько,
Чтоб ему не больно было, старается.
Гладит ему животик, целует его в височек.
И вот уже оргазм к Рихе подбирается,
И он прям в Пауля извергается.
Руки ему от кровати отвязывает
И сам себя на Пауля насаживает.

Пауль Рихарда берет,
На живот кладет,
Сверху на него садится,
Раздвигает ягодицы,
Член ему в попку вводит
И туда-сюда водит.
Мужчина под ним
От удовольствия стонает,
Простыню в ладонях сжимает.
Оргазм сдержать Пауль уже не может
И кончает любовнику на нежную кожу.
Как котенок, со спинки у него все слизывает,
Что из Рихарда выделилось, тоже подлизывает.
Рядышком пристраивается,
Носиком в шейку упирается.

Так счастливые и засыпают. А наутро им в путь-дорогу.

Пока девки от ночных утех спали,
Ребята удочки смотали.
Ржут тихонько, убегают.
Как их бабы утром искать начнут, представляют.

И вот идут они впятером.

Впятером.
Идут к горе, через чащобу пробираются.
У Пауля рот не закрывается:
Все шутки, да подколы.
Все идут уссываются,
А Шнайдеру не до смеха:
Он всю дорогу с Полем задирается,
Хамит ему и толкается.
А тот внимания не обращает,
Отшучивается, улыбается.
А как только слишком сильно начинает на Поля бычить,
Так Тилль ему кулаком в нос тычет.
Скандалить не позволяет,
Мир и дружбу оберегает.

К горе подошли поздно вечером,
Нужно делать привал, делать нечего.
Сидят, костер жгут, восход ждут.
Как солнышко начнет вставать,
Так будут гору штурмовать.

Рихард на Пауля облокотился,
Шнайдер аж весь перекосился.
Тилль не перестает за всем этим следить,
Думает, как ребят помирить.

Флаке отошел в сторонку,
Опять колдует потихоньку.
Шнайдер сидит дуется,
Рихард с Паулем целуются.

Флака:

Что-то мне не нравится.
Кто-то из нас тут останется.
Ждет нас какая-то беда,
Но надо нам идти туда.

Показывает на гору, где уже видна пещера.

Вот в эту пещеру нам и идти.

В пещере:

Идут в темноте, спотыкаются,
Друг на друга натыкаются,
Тилль матом ругается,
Флаке наколдовать свет старается,
Но у него ничего не получается.

Вдруг впереди забрезжил свет,
Не было напасти, и вот тебе, здрасте.
Всем стало очень страшно,
Но вид делают, что очень отважные.

Друг к дружке прижимаются,
Как улитки продвигаются.
А свет идет из пещерной залы,
Огромной, как нутро вокзала.

А в этой зале на цепях,
На огромных на столбах
Висит гроб огромный,
Жутко неудобный,
Квадратный, колючий и очень вонючий.

В нем высокий лысый парень спит.
Не храпит, не дышит, нихрена не слышит.
Ребята его разбудить хотели,
Но в этом деле нифига не преуспели.

Флаке:

Как там в сказках говорится?
Нужно целовать девицу.

Тилль:

Ага... А чтоб не было промашки,
Будите тащить бумажки,
Кому из вас его целовать. (обращается к Шнаю, Полю и Рихарду)

А почему это только нам???

А потому что, мои пташки, У ВАС педрильные замашки!

Тилль бумажки нарывает,
Одну точкой помечает,
Дает ребятам выбирать.
Конечно, Шнаю целовать.

Шнайдер нос зажал, наклоняется,
В щечку целует. Думает, так будет правильно,
Ну и падает рядом спать замертво.
Лежит так же, не дышит и не хрена не слышит.

По пещере мат перемат,
Все скандалят, кричат.
Что дальше делать, никто не знает.
Флаку трясут, колдовать заставляют.

Флака гадает, камни кидает,
Руками водит,
Ничего не выходит.

Надо возвращаться наружу.

А на выходе из залы,
На стене написан стих:
Как из спящих мертвецов
Делают живых.

Ну лошары!

Посреди поля стоят дубы.
А посреди дубов живет лютый гомофоб.
Как начинает он орать,
Никто вокруг не может спать.

Все хором:

БЛЯДЬ!

Пошли опять.

Опять их четверо.
Опять вчетвером. Пятый и шестой спят.
Вышли из пещеры грустные,
Куда идти не знают,
Ногами камни пинают.

Пауль:

Может, залезем повыше на гору?
Оттуда будет нам больше обзору.
Поле с дубами увидим оттуда.
Я лично верю в такое чудо.

Тилль:

Ладно, идите на гору, смотрите.
Только не сильно там шебуршите.
А мы с Флакой будем вас ждать,
Может, чего раздобудем пожрать.

В гору ребята поднимаются,
За коряги и корни цепляются.
Подъем очень сложный,
Идти невозможно.

Сели отдохнуть.
Рихард захотел курить.
Сигареткой затянулся,
Паулю улыбнулся.
Тот его к себе притянул и нагнул.
Брюки спустил.
Рихард курит, а Пауль его пендюрит.

Картина маслом:
Гора. Высота. Опасно.
Два мужика сношаются,
Никого не стесняются.

Вдруг откуда-то слышат:
Раздается ужасный крик.
Повернулись, пригляделись и видят родник,
А за ним поля и дубы.
И, вроде как, дым идет из трубы.

О! нашли!

Сидят вчетвером у костра кушают,
Флаке слушают.

Нам гомофоба нужно изловить,
В рот ему кляп, его в мешок,
И в пещеру притащить.
Там мы его будем злить,
Он начнет орать и ребят будить.

Сказано - сделано.

Но до гаденыша просто так не добраться -
Вокруг дома частокол, что не прорваться.
Есть, правда, маленький лаз,
Но он весь в дерьме увяз.

Тилль и Рихард не пролезут физически,
Флаке не уломать психологически,
Пауль вздохнул и в дерьмо нырнул.

Что он там делал? Никто не знает.
Но гомофоба доставляет,
А от самого воняяяет!

Пошли к роднику Пауля мыть, шмотки его стирать.
Ну и гомофоба прополоскать.
А гомофоб оказался мелкий,
Чуть больше крупной белки.

Ну вот они опять в зале,
Гомофоба привязали.
Рихард Пауля ласкает.
А эта сволочь глаза закрывает.
Не получилось его разозлить,
Чтобы ребят разбудить.

Тилль:

Вы, давайте, по полной старайтесь,
Нас с Флаконом не стесняйтесь.
Мы около залы постоим,
Не помешаем вам двоим.

Началось такое порно,
Что ни в сказке сказать, ни пером описать.
И раком, и боком,
И на хую с прискоком.
Гомофоб не выдержал,
Уши свои зажал и как заорал.

От его вопля все рушится,
Пещера стонет.
Все с ног на голову перевернулось,
И эти двое наконец проснулись,
В гробу сидят,
На позу шесть-девять в живую глядят.

Оливер ничего не понимает.
Шнайдера ревностью ослепляет,
Огромный камень у стены он хватает,
Хочет парочку эту убить,
Головы им размозжить.

Тилль Шная скрутил,
Порядок восстановил.
Ему объясняет,
Что так вести себя не подобает.
И ты должен их простить,
Риху должен отпустить.
И если бы ты знал,
Куда Пауль нырял,
Чтобы ты, паразит, сейчас живой здесь стоял.
Вшестером.
Оливер:

Нужно нам сейчас в Непал.
Я чего так долго спал?
Я хотел, как Далай Лама,
Зашвырнуть себя в астрал.

Но, видимо, перестарался
И здесь в пещере оказался.
А в Гималаях есть мудрец.
Расскажет, где искать ларец.

Со страстью Оливер вещает,
Как напоит всех чудо чаем.
Зовет, короче, в Катманду,
Рисуя на песке манду.

Флаке;

Раздобыть нам нужно флот
Или лодку, или плот.
Раз придется нам по морю
В Азию держать поход.

И стырили наши ребята
Корабль у сомалийских пиратов.
Судно не грошовое,
Техникой, оружием нашпиговано.

В трюме полно бухла,
Запасена еда, куча табака.
Нашли золото и мешок с кокаином.
Вопщем, не жизнь началась, а малина.
Так же нашли тетрадь
И пытаются разобрать,
Как этой махиной нужно управлять.

Рихард встал за штурвал,
Тилль все время в каюте спал,
Шнайдер, как всегда, устроил скандал,
А Пауль от него жутко устал.
Оливер с Флаке в карты играл.

Доплыли они до берегов Индии.

Оливер за столько лет проспался,
До родной стихии дорвался,
С каждым индусом общается,
Над ребятами издевается,
Им ни в Бомбеи, ни в Дели не нравится.

Он их всех маслами провонял,
Чаями перепоил.
Фильмы их индийские бесят,
А уж что говорить про песни.

Мотал он их, мотал, но, наконец-то, вот Непал.
Они за месяц, проведенный в Индии,
Забыли, зачем, собственно, сюда прибыли.
А Оливера хоть убивай, смотал их даже в Мандалай.

Какая же красота в Гималаях.
Ребята душой и телом отдыхают,
Не курят и не бухают.
Уселись у храма, у крыльца,
Ожидают истории конца.

Оливер в храме долго был,
С монахом о чем-то говорил.
Выходит радостный, стервец:
Знает, где лежит ларец.

А нашей сказке скоро конец.
У ларца.
Чтобы у ларца ритуал совершить,
Им нужно одну проблему решить.
Монах им дал знание:
На них на всех должно быть одно желание.

Сели, думают, мозги напрягают,
Спорят и решают, чего загадают.

Тилль загадал любви всех мадам.
Чтобы везде, везде на свете,
Бегали от него дети.

Флаке:

Тилль меня от заклятия спас,
За него отдам хоть глаз.
Я с тобой до конца жизни,
Выполню любой приказ.

Рихард хочет быть известным,
Всем на свете интересным,
Хочет с Паулем на пару
Дергать струны у гитары

Пауль с Рихой согласился,
Он в него совсем влюбился,
Хочет в месте с Рихой жить,
Ну и Шнайдера простить.

Оливеру наплевать,
Где медитировать, мечтать.
А ребята ему нравятся,
Так что он с ними отправляется.

Шнайдер хочет влюбиться
И нормально жениться.
И с друзьями вместе быть,
Ну и Пауля простить.

В общем, решили все вместе
Петь и писать песни,
Быть счастливыми и богатыми,
Окруженные фанатами.

Взялись за руки, четко проговорили свое желание и открыли ларец.

Засосало всех в ларец.
Все, подумали: "Пиздец."
Их там жевало, сосало
И вдруг сблевало.

Оказались они в Берлине,
Оказались в нашем мире.
У каждого свой талант,
И каждый из них музыкант.

Живут, не тужат,
На радость нам служат.


Конец.

Не забудьте оставить свой отзыв: ficbook.net/readfic/724375

Мои стихи.

главная